Сто лет назад, 30 октября — 3 ноября 1911 года, величайшие умы Европы встретились для того, чтобы обсудить кризис, в котором оказалась физика.

В течение предыдущих двадцати лет был открыт целый ряд новых явлений (рентгеновское излучение, фотоэффект, радиоактивность, электроны), которые раскачали привычный фундамент науки. В XIX в. считалось, что все физические процессы описываются уравнениями Ньютона и Максвелла, но розовые очки оказались разбиты. Ведущие физики пришли к выводу, что для разрешения ситуации необходим международный симпозиум.

Сидят (слева направо): Вальтер Нернст, Марсель Бриллюэн, Эрнест Сольве, Хендрик Лоренц, Эмиль Варбург, Жан Батист Перрен, Вильгельм Вин, Мария Кюри и Анри Пуанкаре. Стоят (слева направо): Роберт Голдсмит, Макс Планк, Генрих Рубенс, Арнольд Зоммерфельд, Фредерик Линдеманн, Морис де Бройль, Мартин Кнудсен, Фридрих Хасенёрль, Жорж Остелет, Эдуард Герцен, Джеймс Хопвуд Джинс, Эрнест Резерфорд, Хейке Камерлинг-Оннес, Альберт Эйнштейн и Поль Ланжевен.

Так начиналась квантовая революция и отголоски той встречи ощущаются по сей день. Пусть некоторым кажется, что сегодняшняя физика тоже в кризисе, но исследователям ещё предстоит найти бозон Хиггса , объяснить тёмную материю и тёмную энергию. Всё, что мы знаем об этих тайнах, было заложено именно тогда — на первом Сольвеевском конгрессе.

Восемнадцать светил были собраны в Брюсселе (Бельгия) богатым химиком Эрнестом Сольве . В числе приглашённых оказались Макс Планк , Эрнест Резерфорд , Хейке Камерлинг-Оннес , Мария Кюри , Анри Пуанкаре и другие. Самым молодым участником стал 32-летний Альберт Эйнштейн . Позднее он написал: «Съезд в Брюсселе напоминал причитания на развалинах Иерусалима. Ничего толкового из этого не вышло».

Оплакивали разрушение храма классической физики под натиском новых данных. Свет, например, до тех пор описывался как волна, а некоторые эксперименты показывали, что эта модель неадекватна. Опираясь на выводы Планка, Эйнштейн выступил с радикальной идеей о том, что свет может вести себя и как волна, и как частица (квант). Увы, у этого предположения тогда не было строгого экспериментального обоснования.

Собравшиеся согласились с тем, что квантовую теорию и впрямь можно назвать полезным инструментом, но большинство решило, что это не теория в обычном смысле слова. Во всяком случае — не та теория, которую можно разработать в связной форме в настоящее время. Судя по всему, многие участники конгресса к тому же продолжали верить в концепцию светоносного эфира. Эйнштейн был раздосадован. По его словам, коллеги «упорно держатся несомненно неверных предубеждений». Особенно досталось от основоположника Пуанкаре: «Он отрицал всё скопом и в целом, судя по всему, не понимал, что происходит».

В итоге конгресс так и не достиг своих целей. В заключительном слове Сольве отметил: «Несмотря на прекрасные результаты, вы ещё не решили реальные проблемы, которые остаются на переднем крае». На получение экспериментальных данных и научные дебаты о квантовой теории уйдёт ещё двадцать лет. Тем не менее было положено начало одному из важнейших международных научных форумов, которые проводятся по сей день.