Подготовительные раскопки на проспекте Жан-Жорес перед строительством подземной стоянки для автомобилей — один из важнейших участков, где исследуется городская структура античного Нима.

В числе уже завершенных важных операций можно назвать раскопки при подготовке к строительству медиатеки «Квадрат искусства» (1985), сооружению коммерческого центра «Рыночный купол» (1990), обустройству территории вокруг Квадратного дома (1991), реализации строительной программы «Вилла Рома» на склонах горы Кавалье (1991—1992), а также, совсем недавно, раскопки перед расширением подземной парковки на площади Асса (2004).

Археологические раскопки общей площадью 6500 м² занимают часть центральной аллеи на проспекте Жан-Жорес. Это длинная узкая полоса длиной 400 м и шириной в среднем 15 м. Раскопки ведутся 10 месяцев и собрали более трех десятков археологов.

Проспект Жан-Жорес — это главная и самая примечательная артерия нынешнего города Нима. Эта «Новая аллея» возникла в XVIII в., когда Маршаль, инженер королевских укреплений, построил Фонтан в рамках общего плана обустройства города, который включал также новые улицы посреди старых предместий к западу от средневекового города. Хотя линия этого широкого проспекта прекрасно сочетается с одним из самых чудесных памятников римского города — с храмом Августа, императорским святилищем, расположенным рядом с источником Фонтана, — она совершенно не соответствует античной топографии.

Раскопки вписаны в сложное археологическое окружение, сложившееся в ходе многих исследований, от наблюдений XIX в. до предварительных археологических раскопок за последние 25 лет. В силу самой своей морфологии и расположения между двумя главными античными границами — галльскими городскими укреплениями на севере и римскими укреплениями на юге — раскопки парковки Жан-Жорес показывают античный город в поперечном разрезе и имеют решающее значение, ибо позволяют понять, как развивался город.

Археологическая диагностика, выполненная весной 2005 г. (Ж.-И. Брей, Inrap) подтвердила высокую плотность античных руин. Была достигнута природная почва, местами на глубине 2 или 3 м под современной поверхностью. Над ней стратиграфия обнаружила 1,5 м античных слоев с руинами, которые сравнительно хорошо сохранились, так как их мало потревожили средневековые культуры, а затем запечатали высокие современные насыпи Новой аллеи.

В ходе археологических раскопок разыскиваются свидетельства для многих областей исследования: это попытки восстановить первоначальную топографию города, понять, в каких условиях в древности происходили его оккупации, а также увидеть облик квартала за стенами в республиканскую эпоху (первоначальное ядро заселения, территории, отведенные для обработки земли и для улиц) и главные этапы урбанизации этого сектора, начиная с правления Августа и до тех пор, когда жители его покинули. В конечном счете, речь идет о том, чтобы почувствовать преобразование и развитие от галльского поселения до римского города, постоянную эволюцию под воздействием новых обычаев.

Раскопки обнаружили, что территория к югу от галльского города, примыкающая к укреплениям, в IV—III вв. до н. э. была занята виноградниками. Существование виноградников было установлено благодаря следам характерных посадок, оставшихся под почвой, особенно рвов (sulci). Здесь обнаружено одно из самых древних свидетельств того, что эта техника, описанная римскими агрономами и хорошо известная на юге Галлии, использовалась в нимском виноделии задолго до римского завоевания.

Во II в. до н. э. культура виноделия вытесняется дальше к югу, и этот квартал за стенами, через который проходят три дороги, становится ремесленным металлургическим сектором. Главные свидетельства этой деятельности — красноватые ямы, дымоходы, кузничный брак и, возможно, печь для восстановления руды. Этот район, где были возведены первые строения вне древних границ города, долгое время был предназначен для работ с железом и бронзой. Южнее была рано построена еще одна мощеная дорога, и с ней соседствуют археологические культуры.

Полная и интенсивная урбанизация этой юго-западной части римского города началась с правления Августа, когда Ним получил монументальные украшения (стену, храм Августа, форум). Были проложены новые мощеные дороги, старые расширены и постепенно, в течение I—II вв. н. э., снабжены общественными постройками, такими как портики, водостоки, подземная галерея для водопровода, вторичная водонапорная башня, фонтаны, тротуары.

Раскопки пересекли систему из восьми улиц, которая обслуживала столько же кварталов, большинство из которых — жилые. Территория раскопок слишком узка, чтобы можно было получить полный план зданий, но она позволяет установить внутреннее деление квартала и понять, как происходила урбанизация и размежевание; местами видна сильная преемственность между древним разделением на участки и структурой римской застройки.

В некоторых домах имеются продуманные украшения, в том числе, в зависимости от места, настенные росписи и напольные мозаики. Одно жилище, площадью несколько сотен квадратных метров, кажется прямо-таки образцом римского дома, для которого особенно характерен ряд комнат, расположенных вокруг внутреннего двора и выходящих в портики. Южное крыло состоит из двух богато украшенных парадных залов. Один из них снабжен очень хорошо сохранившейся напольной мозаикой, прекрасно задуманной и выполненной; центральная сцена изображает один из эпизодов легенды о Дионисе, изложенный Еврипидом в «Вакханках»: наказание Пенфея и Агавы. Вторая комната, еще больших размеров (ок. 50 м²), украшена более поврежденной мозаикой, центральная сцена которой, связанная с Троянской войной, изображает миф о том, как Ахилл скрывался на острове Скирос, в гинекее Ликомеда, и был разоблачен Улиссом. Другая резиденция располагается вокруг внутреннего двора, снабженного бассейном со скульптурой (Нептуна) и фонтаном, подойти к которому можно было только по мощеной дороге с уклоном, тоже сильно стертой. Судя по некоторым признакам (расположение, вход, частота посещений, монеты, вотивный алтарь, деревянная мебель, бронзовая посуда, надписи), это здание было роскошным и отчасти публичным.

Квартал рядом с римскими укреплениями достался ремесленникам, работавшим с глиной (некоторые гончарные печи сегодня утрачены), тогда как по краям улиц местами обнаруживаются следы кузнечного дела. Элементы повседневной жизни в основном встречаются на редких свалках, строительных насыпях и в засыпанных колодцах: терракотовая посуда и лампы, украшения, скульптуры, изделия из кости и металла, отходы потребления...

Этот район был большей частью покинут в III в.; для данного периода характерны следы отдельных пожаров и, что важно, повторное использование строительных материалов. В поздней античности некоторые зоны были вновь заселены. Городской ландшафт мало-помалу стал превращаться в поля — обработанные и необработанные, усеянные несколькими могилами позднего Средневековья и Нового времени. В XVIII в. была построена Новая аллея, а в 1943 г. с западной стороны она была снабжена рядом подземных бомбоубежищ.