Насекомое оказалось сверчком, принадлежащим роду Glomeremus семейства Gryllacrididae. Этих существ в роли опылителей цветков учёные подловили впервые. Пчёлы и осы были, бабочки и мухи были, даже зверушки тупайи и летучие мыши становились опылителями растений. Но сверчки – это что-то новенькое!

Вообще-то, эти насекомые всеядны, питаются как другими насекомыми, так и частями растений, часто уничтожая их и нанося ущерб сельскому хозяйству. Этот же доселе неизвестный науке представитель сверчковых (видовое название ему пока не придумали) пристрастился к нектару орхидей, по сути тоже части растения и к тому же возобновляемому источнику пищи. Правда, в качестве платы за сладкое угощение пришлось стать невольным опылителем.

Необычной является не только диета нынешнего героя, но и само его наличие. Насекомое ранее не встречалось биологам (фото Micheneau, Fourne).

Отметим, что история данного открытия началась ещё в 2005 году. За изучение флоры и фауны Реюньона взялась аспирантка RBG Kew Клэр Мишно (Claire Micheneau). Позже к ней присоединился её коллега Жак Фурнель (Jacques Fournel).

Специализацией Мишно были эпифитные орхидеи рода Ангрекум (Angraecum). Она собиралась выяснить, как они приспособились к местным опылителям.

A. cadetii значительно отличается по размеру цветков от A. sesquipedale (справа), опыляемых бражниками, – на врезке (фото Thérèse Viard, с сайтов angraecum.org и scienceblogs.com).

Ещё Дарвин предполагал, что другую орхидею данного рода – Angraecum sesquipedale – произрастающую на Мадагаскаре, опыляют необычные бражники с очень длинным хоботком (позже выяснилось, что это действительно так).

Однако на Реюньоне эти насекомые не встречаются. "Ранее было неизвестно, кто же всё-таки опыляет представителей рода Angraecum на этом острове", — рассказывает Клэр в пресс-релизе RBG Kew. Чтобы установить это, Мишно и отправилась на Реюньон.

Так в процессе наблюдения за A. cadetii Мишно и Фурнель выяснили, что многие птицы и членистоногие посещали орхидеи в течение дня, но никто из них не забирался в цветки.

Сверчки в среднем "паслись" на цветках 16,5 секунды, максимальный визит продлился 41 сек. Справа: микрофотография головы сверчка (фото Micheneau, Fournel и Annals of Botany).

"Между тем процесс опыления происходил, но не днём, а по ночам", — говорит Мишно. Жак помог ей провести ночную съёмку. Так биологи застали за едой того самого ночного гостя.

"Просматривая плёнку, мы сразу поняли, что обнаружили необычный сдвиг в опылении растений рода Ангрекум", — говорит Мишно. Бескрылая тварь добиралась до сладкого нектара по листьям орхидеи или перепрыгивала с соседних растений и переносила пыльцу на своей голове.

О своём открытии учёные отчитались в статье, опубликованной в открытом доступе в журнале Annals of Botany. Там же Клэр рассказала о втором интересном наблюдении: других представителей рода – A. bracteosum и A. striatum – опыляли миниатюрные птички белоглазки Zosterops borbonicus и Zosterops olivaceus (но с птичьим "оплодотворением" биологи сталкивались не раз).

Angraecum striatum и её птица-опылитель Zosterops borbonicus (фото Botanical Journal of the Linnean Society).

Интересно, что сверчок опылял своё растение куда более эффективно, нежели птицы свои: 20% "сверчковых" орхидей завязали плоды против всего лишь 10% у белоглазок. Вероятно, дело в соответствии головы насекомого и шпорца, трубки-отростка, накапливающей нектар. Такое "сходство" могло появиться в ходе долгой совместной эволюции.

Здесь для сравнения показаны "входные отверстия" цветков, опыляемых сверчками и птицами (справа) (фото Botanical Journal of the Linnean Society).

Другой, по-прежнему открытый вопрос: как сверчок приобрёл любовь к нектару? "Мы предполагаем, что он перешёл на сок растений, чтобы скомпенсировать нехватку скудной животной пищи Реюньона", — говорит Мишно. Да, многообразие рациона живых существ планеты до сих пор не изучено биологами до конца, и иногда, лишь забравшись в дальние дали, можно раскрыть ещё один природный секрет.